220005, г. Минск, пр-т Машерова, 3

Извозчики

До появления автомобилей профессия извозчика была в нашем городе довольно распространенной. (Кстати, отец Я. Купалы в 1890-91 гг. работал извозчиком до переезда семьи из Минска).
izv1.jpg
Извозчичья биржа на Соборной площади - [1].
Извозчичья биржа находилась на южной стороне Соборной площади, на углу сквера, напротив здания Северного банка и гостиницы «Европа». Неподалёку находился и Купеческий клуб. Ещё одна стоянка извозчиков в конце XIX – начале ХХ вв. находилась у входа в сквер со стороны пересечения Захарьевской и Петропавловской улиц. Но в 1912 г . она уступила место новому виду транспорта - первого в Минске такси.
izv2.jpg
Извозчичья биржа на Соборной площади - [1].
Извозный промысел существовал в виде легкового и ломового. В качестве извозчиков допускались серьезные, непьющие, добропорядочные люди с хорошим здоровьем. Извозчик должен быть одет в чистую форменную одежду с соответствующей времени года шапкой или капюшоном. Вещи, забытые в экипаже, возвращались пассажиру или сдавались в ближайший полицейский участок. Извозчик на стоянке не имел права отказаться от поездки по городу или к вокзалу. Запрещалось требовать плату, более, чем по таксе.
Сами извозчики жили, в основном, на улице Ново-Московской (теперь это улица Мясникова). Положение «водителей кобыл» было незавидным: им часто недоплачивали, а порой их клиенты попросту сбегали. За малейшее подозрение в «неаккуратности» извозчичьих лошадей забирали и держали на пожарном дворе. О бесправии извозчиков говорит тот факт, что они по первому требованию полиции отвозили в больницу заболевших, а в часть – пьяных, подкидышей, проституток. Разумеется, что денег за это никто не платил. Безвозмездными были и вынужденные поездки на пожары.
Главную конкуренцию извозчикам составляла недорогая конка. Летом 1905 года извозчики даже взбунтовались. Они останавливали вагоны и просили пассажиров сойти. На усмирение недовольных были брошены казаки и полиция.
Не обходилось извозчичье дело и без жесткой внутренней конкуренции. «Блатные» были в особо прибыльных местах. В Минске таким золотым дном были оба вокзала. Их держала в цепких руках группа извозчиков, нашедших общий язык с полицией. Стражи порядка отгоняли «посторонних», иногда применяя шашки.
Трудности создавали и минские улицы. Вот, что писали «Минские губернские ведомости», в июне 1912 г .: «Улицы Минска представляют из себя сплошные выбоины и ухабы, сильно затрудняющие езду. Особенно тяжело приходится извозчикам, перевозящим разного рода тяжести. Лошадям таких извозчиков не под силу вести тяжелый воз, нагруженный кладью. Бедные животные падают от усталости под брань и побои возниц. Пожалейте лошадей!» О плохом состоянии дорог говорит и такая легенда . В один из обычных дней, поскользнувшись в грязи, прямо на проезжей части перевернулась ассенизаторская бочка и все ее содержимое разлилось по незамощенной дороге. Вот тогда–то городские власти вынуждены были принять экстренные меры по замощению центральных дорог.
Об упорядочивании извозного промысла в городе при Советской власти
24 ноября 1926 года Минский городской совет принял обязательное постановление № 5, упорядочивающее извозный промысел.
Всем минским извозчикам, которые делились на две категории - легковые и ломовые (то есть грузовые), определялись места стоянок, где они должны были ожидать клиентов. Всего таких стоянок было 25: из них 19 - для легковых извозчиков и 6 - для ломовых.
На стоянках «такси на овсяной тяге» должны были соблюдать строгую очередь подачи экипажей – «выхватывать из-под носа» клиентов друг у друга запрещалось (очевидно, конкуренция между извозчиками была весьма жесткой). Даже если клиент подзывал извозчика, находясь на расстоянии от стоянки, все равно подавался очередной экипаж, кучер которого обязан был дежурить на козлах (сейчас бы сказали - «дежурить с заведенным двигателем»).
Водительских прав для управления экипажем не требовалось, так же как и сдачи экзамена на умение управлять транспортным средством. Но определенные требования к водителям все-таки предъявлялись: они должны были быть не моложе 18 лет, несудимые (в качестве доказательства требовалась справка из милиции и уголовного розыска). Прошедшие «отбор» уплачивали пошлину в городскую казну, получали от Комхоза номер и удостоверение и - вперед, на минские улицы.
Поскольку никто не проверял, умеет ли новый «ванька» или «биндюжник» управлять экипажем, его предупреждали, что в случае причинения кому-либо ущерба в результате неумелого или неаккуратного управления лошадьми он будет нести личную и материальную ответственность в судебном порядке. Вещи, забытые рассеянными гражданами в экипажах, «водители кобылы» обязывались немедленно сдавать в ближайшее отделение милиции.
Не реже двух раз в год извозчики обязаны были проходить «техосмотр». Проверку коней и экипажей проводила специальная комиссия, в которую входили милиция, ветеринары, представители Комхоза и промысловой артели извозчиков. Экипажи должны были быть исправными, чистыми, кони - здоровыми. Кучера-«легковики» также были обязаны носить чистую одежду. При успешном прохождении осмотра извозчик вместо современного талона получал пломбу на номер экипажа, которая всегда должна была находиться на видном месте. На ней указывалась дата последнего осмотра.
При движении по городу извозчики всех видов должны были руководствоваться следующими правилами:

  • держаться правой стороны, ехать осторожно, окрикивая зазевавшихся прохожих;
  • при движении во дворах и на перекрестках двигаться только шагом;
  • не ездить по путям конно-железной дороги и не пересекать дорогу автомобилям;
  • не мешать общественному транспорту (автобусам и конке), высаживать пассажиров на остановках;
  • пропускать колонны проходящих войск, демонстрации, манифестации, процессии и партии заключенных;
  • следить за указаниями красного жезла постового милиционера (поднятый жезл означал, что проезд закрыт);
  • не возить более четырех взрослых человек в одном экипаже, не перегружать лошадей непосильными тяжестями и не избивать их.

Кроме этого ломовым возчикам предписывалось ездить только шагом и запрещалось вообще появляться на двух центральных улицах Минска - Советской на участке от Ново-Московской до угла переулка Луначарского и Ленинской (теперь - улица Ленина), на участке от площади Свободы до улицы Карла Маркса.
К сожалению, в постановлении не указывается, какая такса была у тогдашних минских извозчиков. Очевидно, Мингорсовет предоставил пассажирам самим договариваться о стоимости проезда. Косвенно о ней можно судить по следующему весьма интересному пункту постановления - по требованию сотрудников милиции и угрозыска извозчики обязаны были доставлять их и других указанных ими граждан в нужное место. За каждую такую поездку извозчик получал квитанцию на право получения из кассы милиции 30 копеек.

1.png

© 2011 Государственное учреждение "Столичный транспорт и связь".